Перейти к содержимому

Символы и вера

Гуманистический потенциал религии, без сомнения, реализуется сквозь составление духовной жизни человека, сквозь ценность духовности над социумом, эстетическими и другими ценностными ориентациями, и регуляторами. Духовность, завещание цивилизация содержит вселенское, галактическое измерение. Духовность — это район связи человека с Абсолютом, с Бытием как таким. Данная ассоциация оформляет вера. Возможно заявить, собственно что появление и функционирование религии в конкретном значении — это ответ человека на надобность в равновесии и согласии с миром, переживание целостности со всем сущим, основанное на родстве человека с миром, постигаемое интеллектом и ощущением. Вера создает у человека ощущение независимости и убежденности для себя. Верующий человек сквозь собственную веру в Бога одолел ощущение слабости и нерешительности. Ценность духовности важным образом связан с развитием субъективности людской личности, уделением главного интереса развитию внутреннего мира личности, приоритета веры, надежды, любви.
Этим образом, заявляет Фромм, возможно устроить вывод, что вера дает собой важное вещество культуры, выполняющий в одном ряду с другими формами духовно-практического освоения человеком природной и общественной действительности — моралью, искусством, — значимые публичные функции. Индивидуальность же воздействия религиозных регуляторов ориентируется на историческом контекстом, в котором происходило развитие религиозной культовой системы. Данный исторический контекст определил, как само оглавление религиозных ценностей и общепризнанных мерок, например, и их эволюцию в процессе социального становления. В следствие этого, утверждая, собственно, что верующие культовые системы складываются на базе воздействия внутренних, имманентных законов эволюции социально-практических знаковых систем, он в одно и тоже время отрицает состояние об отчуждении как сущностного свойства религии. Совместно с тем, он считает, собственно что мы должны принять что прецедент, собственно это обстановка несвободы, отчуждения человека определила ту форму, в которой происходила эволюция культуры и которая наложила личный содержательный след на определенные верующие системы. Выражаясь философским языком, возможно заявить, собственно что отчуждение — это не сущностная черта религии, а ее гениальное определение, проявление данной сути на плоскости общественной жизни.
Общественная институционализация религиозных культовых систем считается, по Фромму, одной из наиглавнейших посылов формирования дегуманизирующих функций религии. На мировоззренческом уровне данная функция реализуется в облике авторитарного веяния. Авторитарное желание в религии связана с признанием человеком некоей наружной силы, управляющей его участью и требующей повиновения, и поклонения.

Предпосылкой для поклонения, повиновения и почитания работают тут не моральные свойства божества, не приверженность и верность, а что прецедент, что оно властвует, т. е. владеет властью над человеком. Больше такого, данная мощь вправе вынудить человека поклоняться, а отказ от почитания и повиновения значит совершение греха. Важным составляющей авторитарного веяния в религии и авторитарного религиозного навыка считается абсолютная капитуляция перед мощью, окружающей за пределами человека, т. е. трансценденцией.
В авторитарном веянии религии Господь выступает как администрация и мощь. Он властвует, потому что владеет верховной властью. Ключевая добродетель, с точки зрения проводников данного веяния, — это повиновение. Как человек является бессильным и малозначительным, так Господь всезначен и всемогущ. Там, где доминирует данное желание, господствующим настроением в среде верующих считается мучение и вина, а не отрада и умиротворение. В авторитарном веянии в религии человек проецирует одно из лучших, собственно, что у него есть Бог. Когда человек проецирует наилучшие собственные возможности на Бога, то он обкрадывает себя. Ныне его силы отделились от него. Человек отчужден от себя. Все, чем он владел, принадлежит ныне Богу и что наиболее человеку ничего не остается. Лишь только сквозь посредничество Бога он содержит доступ к самому для себя. Поклоняясь Богу, человек пробует соприкоснуться с частью самости, которую потерял, отдав Богу все, чем он владел, человек ныне умоляет Бога возвратить хоть что-нибудь из такого, собственно что ему прежде принадлежало.

Общественная институционализация культовых систем важным образом связана с формированием конкретных, отличающихся друг от друга и противоречащих приятель приятелю вероучений. Сам прецедент присутствия разнообразных религиозных организаций со собственными специфичными вероучительными документами, догматикой, культом ведет к ущемлению общечеловеческого, гуманистического начала, заложенного в религии как форме культуры. Развитию сего дегуманизирующего начала содействует жалоба всякой религиозной организации на исключительность. Оглавление предоставленного вероучения является не лишь только абсолютной, но и исключающей все другие, правдой. Лишь только религиозные в Иисуса Христа, лишь только религиозные в Аллаха сквозь Магомета и, например, дальше, есть истинные малыши Бога. Лишь только они достойны выручки, лишь только они имеют все шансы быть признаны нравственными людьми. Отсель нетерпимость, вражда всего, собственно, что не укладывается в рамки предоставленного вероучения, конфессии. Данная нетерпимость порождала и порождает этноконфессиональные инциденты, содействует разжиганию войн, делает опасность межобщинным связям и сотрудничеству в сферах культуры, межгосударственных отношений и т. д.
С сожалением идет по стопам резюмировать, сообщает Э. Фромм, собственно, что это требование на исключительность, не отклонение, не последствие извращения почв вероучения некими не довольно добропорядочными или же некомпетентными людьми. Она базируется на самих первоисточниках религии — Библии, Коране, Талмуде и иных вероучительных документах. Больше такого, она заложена в самом значении мнения «откровение», как конкретного учения, которое дается людям Богом сквозь пророков, вернее лишь только что людям, которые в данных пророков веруют. Начиная с Ветхого завета, сквозь всю Библию протекает содержание избранного Богом народа. В Ветхом завете данный люд держится заповедей Моисея — евреи. В Новеньком завете — это поверившие в Иисуса Христа. Лишь только верующим в Христа используют его тексты: «Вы соль Земли, Вы свет мира». В Евангелии от Матфея перед людьми внятно формулируется кандидатура: «Кто не со мной, что напротив меня, и кто не собирает со мной, что расточает». Данному содействуют и установки христианских церквей. Любая из их обучает, собственно, что лишь только верующих в Христа ждет нескончаемая жизнь и выручка души, тех, кто не верует — ждет крах.
Больше такого, противоборство и борение пробрались вглубь самого христианства — меж христианскими конфессиями: католицизмом, православием и протестантизмом. Само название конфессий несет в себя заряд, направленный на разрушение гуманистического общечеловеческого начала. Католицизм как вселенская храм противоборствует православию как «правильному, настоящему славию Христа» и т. д. Данное содержание имеет возможность быть продолжена до бесконечности, потому что и вероучительные бумаги и историческая практика работы церквей выделяет для данных рассуждений довольно большущий ткань. Но наша задача произведено не в том, дабы планомерно надувать данную направленность в ситуации религии.
Подводя результат всему изложенному повыше, Э. Фромм акцентирует внимание, собственно что вера как важный вещество людской культуры несет в для себя глубочайшие гуманистические потенции. Эти гуманистические потенции выражают не лишь только ее идею, но и реализуются в определенных исторических формах бытия религии, в религиозных инструкциях, конфессиях. Впрочем, общественные контексты функционирования религиозных систем накладывают на их личный след, в итоге чего в религиозных системах складывается и получает достаточно мощное становление дегуманизирующое, авторитарное желание.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *